между ног, там в уже, от одной мысли об о в всем этом, в промокшей ткани трусиков, в ее промежности стучали молоточки, вызывая желание вперемежку со стыдом. Ей и раньше было стыдно, что ее, 19 летнею девушку секут как ребенка, ведь она уже сформировавшаяся девушка со всеми упругими изящными формами. И ей приходится задирать юбку перед дедом. От этого всегда было стыдно и начиная с 13 лет, что-то еще, не обеснимо приятное внутри внизу живота. Но сегодняшнее чувство переплюнуло остальные разы в десятикратном размере. Она вся дрожала от возбуждения, у нее даже был легкий жар. Ее щеки пылали огнем. Всю ночь она представляла себе, как ей придется лечь на лавку в присутствии ее любимого парня, задрать подол коротенькой юбочки, и вопросительно взглянуть на деда, можно ли оставить эту тонкую защиту девичьей стыдливости, в виде розавеньких стрингов. Она представляла как кокетливо выставит, слегка приподняв прогнувшись в спинке, свою и без того выпуклую попачку, как будет сексуально вздрагивать прикусив губку и издавать томные стоны с легким повизгиванием при каждом новом ударе розги, от которой будут взбухать все новые и новые алые полосы на ее беззащитной попке, делая ее еще сексуальней. Нет, она не мазохистка, и даже не когда не увлекалась подобными вещами. Просто это все само по себе безумно возбуждает девушку. А так же и то, что ее парня тоже будут сечь в ее присутствии. С этими мыслями Анна долго мастурбировала перед тем как заснуть. Она кончала и кончала, все новые и новые волны сладострастных оргазмов заставляли ее девичье тело биться в судорогах наслаждения на уже мокрой от ее пота постели. Она выгибалась в спинке и запрокидывая голову назад, громко ловила ротиком воздух, продолжая тереть измученный клитор.
Но желание не уходило все равно. Измученная Анна заснула лишь под утро.
Ее вульва и клитор продолжали гудеть от напряжения, а из киски ее соки стекали на и без того промокшую простынь от ее пота и выделений.
А: Приветик!
С: Привет!
А: Ну что, преступим?
С: Давай. А какие резать?
А: Длиной метра полтора, гибкие и хлесткие, толщенной чуть меньше мизинца у основания. Затем очищай от листьев и складывай сюда. — Указала Аня на траву у своих ног. И они преступили к нарезки прутьев.
С: Ну, кажись хватит?
А: Сколько у тебя?
С: С двадцаток.
А: У меня где-то также, должно хватить, давай еще чучуть нарежем, что б про запас. Я меньше всего это люблю делать, это ожидание и подготовка хуже самой порки.
Когда Анна подпрыгивала за очередной веткой ивы, ее воздушная юбочка в складочку подлетала, открывая Сашиному взору кружевные резинки чулков. Когда они закончили, Аня знала, что Саша уже изрядно заведен от ее прыжков за ветками и специально нагнулась за уже срезанными прутиками, не згибая коленок, медленно открывая Сашиному взору не только все чулочки, но и часть попки.
С: Классные трусики. Но плохо защищать будут.
А: Какая разнится, все