Разборки студенточек


Ксюша оторвала руки блондинки от своей груди и засунула их под свои ноги, прижав коленями. Настя не растерялась и вскинула верх ноги, чтобы обхватить шею соперницы и переломить её пополам. Но Ксюша явно не собиралась снова попадать в ловушку Настиных ног, и нанесла блондиночке быстрый и мощный удар в живот. У Насти перехватило дыхание. Продолжать сопротивление она не могла. Девушка окончательно разрыдалась.

— Да помоги же мне, сука тупая! — с надрывом завопила она, обращаясь к Эвелине. Обида и ярость захлестнули её. Столько усилий, чтобы её бестолковая подружка просто сидела и смотрела как эта тупая шлюха возит задницей по её лицу.

— Сбрось её с меня, бесполезная шмара, — еще громче заорала Настя, силясь вырваться. Ксюша снова гнусно хихикнула и, приподнявшись, сбросила трусики и опустилась промежностью на Настино лицо, заткнув её. После чего брюнетка ехидно взглянула на Эвелину. Та была явно напугана. Она понимала, что фатально недооценила соперницу.

— Прости, но мне с ней не справиться, — пролепетала она в оправдание. Откуда-то из под Ксюшиной вагины раздался возмущенный возглас. Брюнетка захохотала, наслаждаясь этим жалким зрелищем, и обхватила аккуратные Настины сисечки, сжав их, чтобы заставить блондинку разомкнуть ротик пошире.

— Лижиии, — прошептала брюнетка. Блондинка начала судорожно вырываться. Ксюша сцепила руки, занесла их над головой. Молот Ксюшиных рук врезался Насте в животик, и та затихла.

— Лижиии, суука! — повторила Ксюша и облизнула потные губы. От возбуждения она прикрыла глаза, но схитрила, оставив небольшую щелку, чтобы наблюдать за Эвелиной. Та, после секундного колебания, решила, что это её шанс.

— Отвали от неё, лесбуха! — заорала она, кинувшись вперед. Как и ожидала брюнетка. Ксюша успела среагировать, и кинулась навстречу Эвелине. Брюнетка и блондинка схватились прямо в прыжке, рухнув на пол. Обе студентки плотно обвили друг-дружку ногами и руками, прижавшись одна к другой. Настя едва не задохнулась после знакомства с Ксюшиной вагинкой, а живот все еще жутко болел от удара. Схватка перешла в решающую дуэль.

Борящиеся девушки прильнули одна к другой, катаясь по полу. Их тела словно слились воедино, и только буря темных и светлых волос позволяла примерно понять, кто где. Яростная борьба не прекращалась не на секунду, студентки не собирались давать друг другу передышки. В тесной схватке промежности девушек соприкоснулись. Ксюша восторженно охнула и ногтямми впилась в плечи блондинки. Эвелина застонала в ответ, но к её собственному удивлению, не столько от боли, сколько от обхватившего её возбуждения. Ксюша сразу заметила это и, резко отскочив назад, приспустила с соперницы трусики. Блондинка поняла, что если их схватка перейдет в эдакую «секс-битву», она кончит, а в момент оргазма останется беззащитной. Ксюша явно на это и рассчитывала, обхватив блондинку ногами и словно прилипнув к ней, начав елозить своей киской об промежность Эвелины. Но Ксюша недооценила Эвелину, и, расслабившись, позволила блондинке упереться руками ей в подбородок и откинуть брюнетку назад.

Ксюшина изящная шея хрустнула, а её обладательница ударилась головой об пол. 


По принуждению, Подчинение и унижение, Лесбиянки
Гость, оставишь комментарий?
Имя:*
E-Mail:


Информация
Новые рассказы new
  • Интересное кино. Часть 3: День рождения Полины. Глава 8
  • Большинство присутствующих я видела впервые. Здесь были люди совершенно разного возраста, от совсем юных, вроде недавно встреченного мной Арнольда,
  • Правила
  • Я стоял на тротуаре и смотрел на сгоревший остов того, что когда-то было одной из самых больших церквей моего родного города. Внешние стены почти
  • Семейные выходные в хижине
  • Долгое лето наконец кануло, наступила осень, а но еще не было видно конца пандемии. Дни становились короче, а ночи немного прохладнее, и моя семья
  • Массаж для мамы
  • То, что начиналось как простая просьба, превратилось в навязчивую идею. И то, что начиналось как разовое занятие, то теперь это живёт с нами
  • Правила. Часть 2
  • Вскоре мы подъехали к дому родителей и вошли внутрь. Мои родители были в ярости и набросились, как только Дэн вошел внутрь. Что, черт возьми, только