Утром проснулась раньше Хозяина. И сразу принялась ласкать Его член. Хозяин проснулся, когда дело походило к концу. Он был доволен, но виду не подавал. Я принесла Ему кофе в постель и села читать молитву:
О, мой Господин! Я хочу приносить Тебе только счастье.
Я хочу видеть Тебя всегда довольным, счастливым и удовлетворённым.
Мне стыдно, когда я что-то делаю не так.
И я готова искупить свою вину за каждое непослушание.
Я всё могу Тебе отдать, и всё могу для Тебя сделать.
Мои удовольствия проистекают из Твоего удовольствия.
Мои желания не противоречат Твоим желаниям.
Я живу, чтобы служить Тебе.
Моё тело принадлежит Тебе.
... ибо я — твоя раба...
Хозяин отвёл меня в ванную. Я встала возле раковины, готовясь к новому способу утреннего умывания. Но Хозяин в очередной раз отличился непредсказуемостью. Он поставил меня в ванну, туда же встал следом за мной. Наклонил мою голову к самым ногам, причём ноги не должны были сгибаться. В такой позе я и делала утреннее умывание. По окончании которого собиралась поднять верхнюю часть тела, но Хозяин оставил меня в таком положении. Я ждала, пока Он помоется. Думала, что после этого Он уж точно меня поднимет, но и теперь мои мысли не оправдались. Я продолжала стоять в этой позе, в голове чувствовалось давление. Хозяин возбуждал меня, направляя струю душа на клитор. Потом душ повесил вверху надо мной, и вся вода текла мне на голову. Тем временем влагалище заполнил член. Хозяин отошёл назад. Теперь я могла опереться руками о дно ванны, что я и сделала. По окончании полового акта у меня болела спина. Приняв вертикальное положение тела, я будто парила в воздухе. Хозяин дал возможность помыться и мне, после чего мы ушли завтракать.
После завтрака Хозяин усадил меня коленками на сухой горох в углу комнаты. Он засунул в мою попу трусики и ушёл на работу. Мои руки и ноги были связаны, во влагалище находились две пары трусиков. На талии была связана тугая грубая верёвка, к которой была привязана ещё одна, точно такая же, но между ног, она сильно сжимала мои губы и клитор.
Я стояла на коленях. Сколько мне нужно было ждать — я не знала. Я не могла расслабиться и присесть, меня снимала камера, оставленная Хозяином.
У меня было время поразмышлять. Я размышляла о своей молодости в сравнении с другими молодыми людьми.
«Сейчас я сижу на сухом горохе и не имею права двинуться. А чем сейчас занимается другая молодёжь? Кто-то спит, кто-то сексом занимается, кто-то учится, работает или пьёт. Могла бы и я заниматься тем же? Даже не размышляя, я сразу ответила себе на вопрос: нет! Мне это не нужно было. Я знала, что мне нужна такая жизнь, которой я живу сейчас. Я чувствовала, что я уже нагулялась, наразвлекалась. Теперь мне хотелось спокойной, более серьёзной жизни. У меня были две обязанности: учиться, что можно было делать всю жизнь, и принадлежать своему Хозяину.
Помню себя какая