Она


В один из промозглых зимних вечеров, которыми в изобилие наградила нас природа, когда нет снега, а под ногами хлюпает грязь, ты как всегда возвращалась с работы домой... Поставив машину гараж ты привычно вошла в подъезд и нажала кнопку, ожидая, когда скрипящая конструкция под названием лифт опустится за тобой, чтобы громыхая и сотрясаясь своим изношенным нутром, преодолевая немыслимое усилие тросов, суметь доставить тебя на шестой этаж.

Вот и остановка. Скрипящие двери распахнулись, выпуская тебя в совершенно темный коридор. «Черт, лампочка перегорела» — подумала ты... И чтобы не потерять тот краешек света, который исходит из пустой кабинки лифта ты стремительно нащупываешь ключи в сумочке и устремляешься к двери своей квартиры.

в спину бьет режущий скрип закрывающихся створок проклятого подъемника, поэтому только в последний момент ты слышишь за спиной торопливый стук чужих шагов и чужие руки охватывают твое тело. Одна рука закрывает рот, а вторая захватывает поперек все туловище... Лишая тебя возможности сопротивляться. неизвестный, а ты уверена, что это мужчина, потому что чувствуешь его жадное, хищное дыхание на своей шее, наклоняет тебя назад и увлекает во тьму коридора...

Минута растерянности прошла... сопротивляться! Не дать ему увести себя! позвать на помощь! Можно представить, как ты закричишь в голос и эхо разнесет его по всему подъезду. Сейчас уже вечер, кто-нибудь услышит и обязательно выглянет... спасет! Но рот закрыт. Первая мысль — укусить эту руку, проваливается в толстый капрон наполненный пароллоном перчаток... Вырваться! Но ноги находятся впереди туловища и ты едва-едва можешь семенить ими, удерживая подобие равновесия при помощи каблуков. Руки тесно прижаты к туловищу, незнакомец прочно удерживает их свободной рукой...

Он вытаскивает тебя на лестницу. Дальше не тащит. Ты можешь устоять на ногах, но он наваливается на тебя всей массой и заставляет опуститься на колени... Он гнет твое тело и вот ты уже лежишь на ступенях, а он наседает, надавливает сверху. Какая-то секунда и твои руки свободны. Вырваться! Ты размахиваешь ими, пытаясь достать обидчика, но только вскользь попадаешь по нему... Еще секунда и открыт рот. вот оно! — Крикнуть — делаешь вдох, чтобы с силой выпустить его из легких с надрывом: «— Аааа-ах...» и рот снова закрыт. теперь уже плотным кляпом, который надежно удерживается на голове жестой резинкой... Такой не выпихнуть языком, потому что он такой большой, что прижал язык к низу и теперь его вообще невозможно повернуть во рту...

Беспомощность... Ты еще пытаешься вывернуться, выскользнуть из-под давящего туловища чужака, ты еще пытаешься приспособиться и ударить его рукой... Но он сильнее и теперь обе его руки свободы... и он может ими воспользоваться.

Лязг. Что это? На правой руке защелкивается металлический браслет. Еще щелчок и вторая рука оказывается в металлическом кольце наручников, а обе руки теперь плотно сведены за спиной... Тебе остается только извиваться туловищем, продолжать тщетные попытки вырваться.

Тебе известен ответ на вопрос — «Что ему нужно»... Это явно не грабитель. Его не заинтересовало содержимое твоей сумочки, 


По принуждению
Гость, оставишь комментарий?
Имя:*
E-Mail:


Информация
Новые рассказы new
  • Интересное кино. Часть 3: День рождения Полины. Глава 8
  • Большинство присутствующих я видела впервые. Здесь были люди совершенно разного возраста, от совсем юных, вроде недавно встреченного мной Арнольда,
  • Правила
  • Я стоял на тротуаре и смотрел на сгоревший остов того, что когда-то было одной из самых больших церквей моего родного города. Внешние стены почти
  • Семейные выходные в хижине
  • Долгое лето наконец кануло, наступила осень, а но еще не было видно конца пандемии. Дни становились короче, а ночи немного прохладнее, и моя семья
  • Массаж для мамы
  • То, что начиналось как простая просьба, превратилось в навязчивую идею. И то, что начиналось как разовое занятие, то теперь это живёт с нами
  • Правила. Часть 2
  • Вскоре мы подъехали к дому родителей и вошли внутрь. Мои родители были в ярости и набросились, как только Дэн вошел внутрь. Что, черт возьми, только