он был скользким от геля. Нана распахнула глаза, глядя прямо в глаза Антона, и в них он смог прочесть гамму чувств, меняющихся одно за одним. И страх, испуг, и предвкушение, и легкая боль, и удивление, и головокружение, и удовольствие, невероятное, немыслимое. Она была куклой, управляемой, руководимой. Словно невесомая, парила актриса в их сильных руках, маленькая и беззащитная, но такая горячая, такая охочая до секса. Ее насаживали на два мощных вертела, как куропаточку, и она кричала, откидываясь в истоме то на одну мужскую грудь, то на другую. А губы всё целовали ее, руки блуждали по ее телу.
— Как ты, птенчик наш?! — заботливо поинтересовался Максим, проникнув в своего кумира по самые яички. — Не очень больно?
— Уже хорошо, даже более того... Я с ума схожу... Так хорошо!
— Спой нам, сладкоголосая, спой еще разок, — отозвался Антон. — И мы накачаем тебя спермой, зальем тебя всю, чтоб ты неделю не могла отмыться от нашего запаха и вспоминала, как твои фанаты выебли тебя во все щели, и чтоб ты мокрела каждый раз, когда думала о нас.
— Вот ты дрянь, Антоша, — пьяно улыбнулась певица, крепко обнимая его ногами. — Обожаю тебя!
— И я тебя. А сейчас хочу твой ротик!
Одним движением он отвязал веревку, и вот певица на коленях, ее попу не отпускают тиски рук Максима, он размеренно трахает ее в зад, а рот девушки занят членом Антона. Она придерживает его у основания связанными руками и активно насасывает, добывая свою награду.
Мужчина рыкнул, глубоко войдя в ее горло, и вышел, разливая семя на ее лице и груди. Певица открыла рот, ловя мутные капли, и, поймав первые волны дрожи своего оргазма, упала грудью на пол. Сзади, рыча и громко постанывая, ее попу накачивал своим йогуртом Максим, новый знакомый, фанат ее творчества и теперь уж точно и ее тела, обладатель огромного достоинства и просто хороший трахарь. То есть парень.
Нана отключилась настолько, что не почувствовала, как ее любовники делали с ней селфи, весело предлагая для этого разные позы. Выключив камеру, они забрали ее и ушли.
Очнулась девушка всё так же на полу, со связанными руками, залитая спермой, выпоротая, затраханная, зацелованная. Залюбленная до донышка. Не было сил шевелиться, но в то же время внутри было спокойно. Это удовлетворение, полное, физическое и моральное. Нана сама иногда удивлялась своим желаниям, а сейчас удивлялась тому, как быстро Антон понял ее желания. Помотав головой, рассматривая свой внешний вид, девушка развязала руки и вышла из комнаты.
В квартире было тихо, лишь в ванной шумела включенная для нее вода и на кухне ждала еда. И записка: «Скоро вернусь, провожаю Максима. Не скучай. Надеюсь, наказание тебе понравилось, и мы тебя залюбили... р. s. Я скоро буду, не расслабляйся ;)«
— Я тебя обожаю, — улыбнулась Нана. С таким фанатом хоть на край свет — даже наказывает в ее удовольствие! — Да уж, Антон, с тобой не расслабишься, но