Моя мама — моя любовница


было купе СВ и никто не мешал нам с мамой осваивать новые премудрости секса...

Не знаю, поймете ли вы меня?

Это восхитительно, когда рядом с юношей, переполненном желаниями — взрослая, опытная женщина, практически всегда готовая отдаться ему... Почему я говорю — практически? У мамы иногда, как и положено, бывали месячные, но даже в эти «критические дни» в моем распоряжении всегда был ее безотказный ротик или ласковые ручки...

Именно так и было в дни нашей поездки в столицу. Я не мог насладиться влагалищем мамы, но это ничего не меняло!

Это происходило так. Мы закрывали дверь купе.

Я раздевался, ложился поверх оделяла и просил маму «подрочить» мне...

Да-да, именно «подрочить»! Правильнее, разумеется — поонанировать, но...

Несколько дней назад, когда нам с мамой удалось счастливо уединиться, я узнал, что маму жутко возбуждает ненормативная лексика. Мат, иначе говоря.

Она становилась просто неуправляемой, когда слышала из моих уст «пизда», «хуй», «ебаться»... Она обожала, чтобы я называл ее «шлюхой», «проституткой»... А еще я узнал, что она любит насилие над собой.

Не садо-мазо, разумеется, а просто — крепкие, сильные команды и свое унижение... «Лежи, блядь, не верти жопой!», «Соси, сука ёбаная!» — что-то в этом роде. Эти «волшебные» слова, словно магические заклинания, превращали разумную интеллигентную женщину в распутную самку! Длинная замысловатая композиция, типа «Встань раком, хуесоска и помоги мне воткнуть хуй в твою тесную жопу» просто напрочь срывала у «этой бляди» башню!

Так вот. В купе я лежал на мягком диване, а мамочка — сперва ротиком, губами, языком возбуждала меня, добиваясь, чтобы член максимально напрягся!

Потом я просил ее «дрочить» и мамочка, сильно сжал мой ствол, тискала кожицу на нем вверх-вниз, вверх-вниз... пока не наступал миг счастливого облегчения! Мама ловила ртом горячую струю и блаженно проглатывала густое семя...

Я был совершенно счастлив! Да и мама — не меньше моего.

Итак, мы переехали в Москву.

Первое время нам было как-то не до секса. Новая обстановка, новые хлопоты.

Мама стала работать в одном серьезном журнале, она вновь заведовала каким-то серьезным отделом в редакции. Возвращалась домой иногда очень поздно и, честное слово, я очень ревновал ее тогда!

Не помню, сколько прошло времени, но однажды, улучшив момент, я шепнул маме...

— Ты обещала...

Мама погладила меня по щеке и тоже шепотом ответила...

— Но у меня нет здесь никого... кроме тебя... Я же не могу выйти на улицу и позвать первого встречного!...Я, может быть, и хотела бы угодить тебе, но — как?

Я медленно соображал...

— А может быть, я найду тебе... любовника?

Мама замолчала и долго смотрела на меня, не моргая.

— Нет. Ошибаться нельзя. Надеюсь, ты меня понимаешь? Репутация шлюхи мне абсолютно не нужна! А насчет мужчины... я что-нибудь придумаю.

Я стал умолять маму сделать это как можно скорее!

Она рассмеялась...

— Какой нетерпеливый! А как насчет субботы? Папа, кажется, уезжает в командировку в Новгород... Я так соскучилась по твоей писе!

Не знаю, что на меня нашло, но я твердо заявил...

— В субботу я хочу видеть тебя с другим мужчиной!

— Поживем — увидим, — было ответом.

И 


Инцест, Наблюдатели
Гость, оставишь комментарий?
Имя:*
E-Mail:


Информация
Новые рассказы new
  • Интересное кино. Часть 3: День рождения Полины. Глава 8
  • Большинство присутствующих я видела впервые. Здесь были люди совершенно разного возраста, от совсем юных, вроде недавно встреченного мной Арнольда,
  • Правила
  • Я стоял на тротуаре и смотрел на сгоревший остов того, что когда-то было одной из самых больших церквей моего родного города. Внешние стены почти
  • Семейные выходные в хижине
  • Долгое лето наконец кануло, наступила осень, а но еще не было видно конца пандемии. Дни становились короче, а ночи немного прохладнее, и моя семья
  • Массаж для мамы
  • То, что начиналось как простая просьба, превратилось в навязчивую идею. И то, что начиналось как разовое занятие, то теперь это живёт с нами
  • Правила. Часть 2
  • Вскоре мы подъехали к дому родителей и вошли внутрь. Мои родители были в ярости и набросились, как только Дэн вошел внутрь. Что, черт возьми, только