Любовник с хвостом


Была свадьба. Женихом был явный монголоид (Анатолий Тен-Пак); у невесты же (Людмила Кировская) были синие глаза и белые кудри. Сначала был интернационализм. Впоследствии дифференцировались: по левую руку, в основном, шумно и бедово отдыхали русские, по правую — культурно и смирно уселись корейцы, напевая хором что-то свое, родное, ничего не говорящее русскому уху.

Средь ночи молодые взялись разбирать подарки, оставляя по сторонам горы оберточной бумаги. Средь подарков оказался некий черный волосяной комок, перемещающийся шатко и бестолково, оставляющий за собой вполне символические лужицы на полу, одетый в золотое не по размеру ожерелье, состоящее из тонких пластинок, на одной из которых выгравировано было: «Я — Марсель. Желаю счастья», и текущая дата. В небольшой инкрустированной шкатулке прилагалась ко всему прочему родословная, где значилось полное имя животного: Марсель-Хабиб-Мормон — Манюэль-Микадо — Менелай. Это было начало. Кому дано было знать дальнейшее?..

Анатолий Тен-Пак являлся удачливым предпринимателем локального значения. Он тесно был связан с мафиозными структурами, отдавая некоторую часть своего дохода на цели гуманные: содержание законоослушников, людей оступившихся, подневольных, томящихся в местах лишения свободы. Русская девушка с вопиюще басурманской фамилией, — а именно, Людмила Тен-Пак, — пыталась организовать собственный фитнес. Но что-то там у нее не сложилось, и связанные с этим колоссальные идеи порушились, как злосчастные города, преданные лютой стихии. Пес Марсель вырастал в черно-вороного с фиолетовым отливом мохнатого великана, наделенного томным отечным взглядом морфиниста, слюнявой пастью и отдышкой.

И здесь появился еще один, четвертый участник описываемых событий, который впоследствии принужден будет сыграть свою зловещую роль, сказать некое веское слово. Однажды Анатолий Тен-Пак принес в дом «маузер» с прилагаемой к нему деревянной кобурой, покрытой ветхим лаком. Некогда, возможно, оружие сие принадлежало некому безвестному начпроду или начфину, имевшему в лице данного оружия себе славного товарища. Анатолий приобрел его, маузер, в качестве антиквариата, не более того. Он пристегнул пистолет к своей пояснице, — а так, как был он истым азиатом, и ростом был невелик — если не сказать большего, — то выглядело это достаточно смехотворно: можно было гадать, кто к кому пристегнулся — то ли человек к пистолету, то ли наоборот. Именно так подумала Люда Тен-Пак, покатываясь, как говорится, со смеху, вслух ничего не высказывая.

Душевное состояние Анатолия в тот период порой оставляло желать лучшего. Его посещали приступы тупой депрессии, во мрачности утопало его лицо.

Сам того не осознавая, он стал ощущать жизнь, как непомерное, долгое состязание с Высшим Разумом, который был коварен по существу, где или Он — тебя, или ты... но все было предрешено. По эмоциональному накалу все это очень напоминало ночную зимнюю чехарду на кладбище, участников которой, в основном, давно покинул рассудок. Надо ли еще говорить о том, какой силы конфликт рос внутри Анатолия, грозя его поглотить, разорвать пополам. Вдобавок обнаружился жесточайший метеоризм кишечника. Он входил в дом и тут же натыкался на работающий во всю мощь телевизор, с экрана которого порой неслась сущая мерзость, где вполне как будто благообразного вида девицы 



Гость, оставишь комментарий?
Имя:*
E-Mail:


Информация
Новые рассказы new
  • Интересное кино. Часть 3: День рождения Полины. Глава 8
  • Большинство присутствующих я видела впервые. Здесь были люди совершенно разного возраста, от совсем юных, вроде недавно встреченного мной Арнольда,
  • Правила
  • Я стоял на тротуаре и смотрел на сгоревший остов того, что когда-то было одной из самых больших церквей моего родного города. Внешние стены почти
  • Семейные выходные в хижине
  • Долгое лето наконец кануло, наступила осень, а но еще не было видно конца пандемии. Дни становились короче, а ночи немного прохладнее, и моя семья
  • Массаж для мамы
  • То, что начиналось как простая просьба, превратилось в навязчивую идею. И то, что начиналось как разовое занятие, то теперь это живёт с нами
  • Правила. Часть 2
  • Вскоре мы подъехали к дому родителей и вошли внутрь. Мои родители были в ярости и набросились, как только Дэн вошел внутрь. Что, черт возьми, только
Комментарии