Выбор партнера


новый для нее, да и для остальных, ждал ее согласия. Она вспомнила его слова во время медленного танца. Однообразие? Страх постоянства? Алина разозлилась. Эмоции овладели танцовщицей. «Что ж, получай».

— Давай, дорогой, — произнесла она. — Если ты так хочешь.

Дима не обратил внимание на иронию в последних словах девушки. Он был слишком увлечен предстоящим. Парень подошел к Тане, та уже протянула ему руку. В Таниных глазах читалось накатывающее на нее возбуждение.

— Прошу, — предложил Дима, и за минуту эта пара покинула комнату, удалившись в соседнюю. Алина услышала, как хлопнули двери. Они с Алексеем остались одни. Молчание, которое Леша решился прервать. Он подсел к ней рядом на диван.

— Знаешь, я вспомнил, что мы так никогда и не танцевали вместе, — негромко сказал он.

— Да... никогда... — ответила Алина. Она часто визуализировала их совместный танец. Но сейчас, в эту ночь им не придется танцевать. Произойдет другое, более близкое. Только в эту минуту Алина удивилась тому, как она согласилась? Смысл происходящего едва доходил до ее сдвинутого алкоголем сознания.

— Ты не ревнуешь ее? — спросила она Лешу.

Он еле слышно рассмеялся.

— Нет, конечно. Мы с Танькой просто друзья. Спим периодически, но так, по-дружески. Все же танцуем вместе, а в творчестве секс вдохновляет. Но никаких серьезных отношений нет.

— Это новость для меня, — сказала Алина.

Они взглянули друг другу в глаза. Привлекательный мужчина был здесь, совсем рядом, и она, Алина, согласилась с ним на секс. За стеной послышались стоны Димы и Тани. Она устало усмехнулась. Дима получит то, что хотел.

— Обещай, что ты станцуешь со мной после конкурса, — тихо проговорил Леша, взяв ее руку в свою.

— Обещай, что ты никогда не вспомнишь о сексе между нами, — ответила Алина. Он молча обнял ее, и она почувствовала его губы на своей шейке. Это значило одно — никаких обещаний...

Они легли на диван, погасили свет. Только луна в окне создавала естественное освещение их предстоящего соития. Леша коснулся ее снизу. Потянув вверх платье, оголил ее великолепные ноги, нежно погладил. Алина почувствовала легкую дрожь. Стеснение вытеснялось другим, более агрессивным ощущением. Она приподнялась и приспустила бретельки платья, отметив завороженный взгляд Леши на открывшейся голой груди. Ей вдруг дико захотелось ему нравиться. Быть желанной еще Кем-то, кроме Димы. За секунды ее одежда оказалось на полу. Парень также сбросил рубашку и расстегнул брюки, оголив эрегированный член.

— Нравлюсь тебе? — тихо спросила она.

— Очень... — Леша трепетно поцеловал ее соски. Затем захватил губами ее напрягшуюся от возбуждения грудь. Алина закинула голову и закрыла глаза, позволяя парню одаривать себя ласками.

Потом он медленно стянул с девушки белоснежные трусики. Алина инстинктивно раздвинула ноги. Леша нащупал ее клитор, провел по нему пальцами. Алинин вздох, а также увлажненная промежность подсказали, что девушка готова его принять. Леша не мог больше сдерживаться, страстно обняв девушку. Его член оказался у нее между ног и за секунду проник вовнутрь. Парень застонал от наслаждения, почувствовав, как влагалище плотно 


По принуждению
Гость, оставишь комментарий?
Имя:*
E-Mail:


Информация
Новые рассказы new
  • Интересное кино. Часть 3: День рождения Полины. Глава 8
  • Большинство присутствующих я видела впервые. Здесь были люди совершенно разного возраста, от совсем юных, вроде недавно встреченного мной Арнольда,
  • Правила
  • Я стоял на тротуаре и смотрел на сгоревший остов того, что когда-то было одной из самых больших церквей моего родного города. Внешние стены почти
  • Семейные выходные в хижине
  • Долгое лето наконец кануло, наступила осень, а но еще не было видно конца пандемии. Дни становились короче, а ночи немного прохладнее, и моя семья
  • Массаж для мамы
  • То, что начиналось как простая просьба, превратилось в навязчивую идею. И то, что начиналось как разовое занятие, то теперь это живёт с нами
  • Правила. Часть 2
  • Вскоре мы подъехали к дому родителей и вошли внутрь. Мои родители были в ярости и набросились, как только Дэн вошел внутрь. Что, черт возьми, только